Священное Писание
Вера Христова и вера в «больше-меньше»
Сюжет, описанный в притче о мытаре и фарисее, разворачивается в храме. Не так много в Евангелии таких эпизодов. Основные события и образы Евангелия в основном связаны с жизнью вне храма, в деталях и между заботами повседневной жизни.
Обратим внимание, что религиозная жизнь современного христианина, напротив, прочно связана именно с храмом. При всем том, что Новый Завет устранил рукотворенный храм, заменив его Храмом тела Христова, как-то так складывается, что церковная жизнь оказалась привязана к храму попрочнее, может быть, чем в ветхозаветные времена, зачастую она просто не мыслится без храма. Здесь, в привычной культовой среде православный христианин видит и слышит дорогие его сердцу образы и сюжеты. Собственно, только в храме он и ощущает личную адекватность своей религии, здесь слышит и видит милые сердцу образы и символы, здесь средоточие его молитвы, здесь он встречается со Христом… Со Христом, который, как ни странно, большей частью проповедовал за стенами храма - на улицах и площадях, в хижинах и домах.
Поэтому-то сюжет притчи о мытаре и фарисее принимается гораздо ближе к сердцу, чем, например, о заблудшей овце или прощении должника. Притчевые образы сильны именно тем, что оперируют с привычными для слушателя образами. И хотя многие образы из повседневной жизни нам действительно близки, они не принимаются нашим храмовым сознанием как собственно религиозные. Нас больше захватывает сюжет как таковой, чем вложенный в него смысл…
И тут вдруг – о нас! О тех, кто стоит в храме. Где-то рядом бьёт в грудь мытарь, хвалится своим благочестием фарисей. Кто же из стоящих здесь мытарь, а кто фарисей. А кто я? Это нависает, как приговор. Мы знаем, что Господь чаще всего говорит о двух путях, совершенно противоположных. Это путь жизни и путь смерти. Третьего, «среднего» пути нет. И здесь два противоположных образа пугают нас неотвратимостью этого выбора. А вдруг я фарисей? Но… вдруг с облегчением слышим в конце притчи, что мытарь «пошел оправданным в дом свой более, нежели» фарисей…
Более или менее.... ведь это как раз так знакомо нам, привыкшим оценивать свою духовную жизнь в категориях баланса «хорошего» и «плохого». Главное, чтоб «хорошее» в совокупности перевесило…
И вот здесь мы и обнаруживаем себя фарисеями. Как будто именно нам приготовлена Спасителем эта ловушка – «больше» или «меньше»… «вышел более оправданным»… Ведь это же мы склонны к пониманию храма как исключительного места оправдания… Что сделал там, в такой степени и оправдался… Как бумерангом возвращается сознание назад, к фарисею.. . Ах да, ведь и фарисей все измерял: десятина, пост два раза в неделю… Набрал скарб хороших дел, и спи спокойно…
Но истинное покаяние не таково.. Оно не соизмеряет «больше» или «меньше»… Оно требует обращения… Внутренний поворот, в духе Христа, все делящего надвое – путь жизни, путь смерти… И поворот этот совершается Самим Богом. Для покаяния необходимо твердого понимание невозможности совершить внутренний поворот человеческими силами. Но и этого еще мало. Большинство людей это как бы понимает, но с этим «смиряется». В том плане, что, мол, грешный я, ничего из меня не получится. В этой установке много религиозного, но нет веры. Веры в то, что «невозможное человекам возможно Богу». И нет еще насущности этой веры. Трагизма последней надежды утопающего. Утопающий не торгуется, не подсчитывает. Он даже не жертвует. Он хочет жить и согласен на все. В этом истинное смирение, начало истинного покаяния. Начало же всему - вера. И не потому ли непосредственно перед притчей о мытаре и фарисее Господь и говорит известную фразу: «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лук.18:8). Вера, от которой никуда не деться. Вера, которую не оставишь в храме… Вера, которой жив будешь…
18.02.2008
Возьми и ходи
Устоявшийся “веками освященный ” порядок получения благодати у Овчей купели и та легкость, с которой Господь его ломает.
Почему мы не любим Священное Писание?
Духовное училище, в котором я преподаю, готовит псаломщиков и регентов. Мой предмет относится к разряду "неосновных" или, как еще говорят, "непрофильных". Он находится на периферии учебного процесса. В крайнем случае, когда поджимают обстоятельства, могут даже освободить от его посещения.
Не оставайтесь должными никому
Хочу предложить подумать над теми словами апостола Павла, которые всем хорошо известны и которые фактически остаются незамеченными, так как акцент больше падает на предыдущие слова:
Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены
Детство Его и наше
Сегодня Евангельское чтение праздника рассказывает нам о детстве Господа нашего Иисуса Христа– от младенчества до отрочества.
Детство Спасителя это особый, во многом загадочный для нас, период Его земной жизни – младенец, отрок Иисус, оставаясь в полноте Божества Своего, в то же время пребывал, как и все дети, в обычном для такого возраста послушании у земных Своих родителей. О был «в повиновении у них», в то время как Ему по сущности Своей «должно быть в том, что принадлежит Отцу». И хотя известный эпизод в Храме завершается тем, что Он напоминает об этом Своим земным родителям, Он продолжает им повиноваться, преуспевая «в премудрости и возрасте и в любви» не только у Бога, но и у человеков.
Необычно все это, но разве незнакомо нечто подобное и нам? Мы ведь тоже дети Божии, обладающие, правда, своим сыновством не по существу, а получившие его по благодати. Мы рождаемся в Господе от купели Крещения, мы посвящены Ему, то есть Ему отданы и предназначены. Но при всем том мы пока пребываем здесь, во всем нашем земном, находясь в повиновении земным законам, обычаям, укладу жизни. Это состояние наше временное, мы родились, но пока нам далеко до совершеннолетия, наше состояние сейчас – это детство в Боге. Мы уже родились, но еще не выросли в Нем. «Ученик не выше своего Учителя», а потому наше послушание земному не случайность и не уступка, а существенная часть нашего общего уподобления Христу. При одном важном условии – если мы не забываем, напоминаем себе, что, по своему посвящению и призванию, нам «должно быть в том, что принадлежит Отцу», а здесь мы временно, «в повиновении», и к этому земному и временному ни в коем случае нельзя прилеплять своего сердца так, чтоб оно оказалось потерянным для Бога.
Кроме того, это наше уподобление не просто этап нашего личного взросления и становления, но это миссия та самая Миссия, которую мы восприняли и призваны продолжить от Спасителя нашего. В составе тела Христова – Его Церкви- мы совершаем примирение и соединение земного и небесного. А в этом соединении вся суть нашей христианской веры.
Но в этом уподоблении мы идем в ином, чем Он, направлении. Ведь Он должен был снизойти к человечеству, нам же нужно через Него подняться к Богу. Он взрослеет и возрастает в детстве Своего человечества - от Своего Рождества к Крещению. Мы же, напротив, взрослеем в Боге - от Крещения и до… Можно было бы сказать смерти, но это не смерть, а истинное наше Рождество в Боге, наше в Нем совершеннолетие. Ибо смерти нет, смерть упразднена Его смертью за всех – Он умер за наши грехи, но воскрес, «смертью смерть поправ». А нам, приговоренным к неизбежной, казалось бы, смерти, «сущим во гробах», даровал истинную Жизнь, в которую Он благоволил нам родиться, в которой мы и стараемся преуспевать «в премудрости и возрасте и в любви у Бога»
15.01.2007
Ссылка обязательна
|